Рекламный баннер 990x90px header-top
Рекламный баннер 990x90px header-bottom
СИМВОЛИКА ПИЩИ В КОНТЕКСТЕ КАЛЕНДАРНОЙ ОБРЯДНОСТИ КОМИ
СИМВОЛИКА ПИЩИ В КОНТЕКСТЕ КАЛЕНДАРНОЙ ОБРЯДНОСТИ КОМИ
Календарная обрядность прошлого составляла важную сторону общественной и семейной жизни социума. Праздник воспринимался как нечто священное, противоположное будням. Любой член крестьянского социума жил по законам календарно-солярного цикла, основные точки которого ритуально насыщенны. И этими точками в календаре выступают зимнее и летнее солнцестояние, весеннее и осеннее равноденствие. Культура праздника отличалась обильным застольем, широким гостеприимством. За праздничным столом семья должна собираться в полном составе. Особенностью праздничной культуры выступает взаимная гостьба, что нашло отражение в поговорке «нянь-солыд öд водзöса» (хлеб-соль – дело взаимное) или «нянь да сов рöднятö карö» (хлеб да соль роднят людей). На храмовый праздник съезжались родственники и свойственники со всей округи.
Гостеприимство у коми считалось одним из положительных качеств человека. С постоянным ожиданием гостей как посланцев Бога связана практика хранения хлеба и соли на столе. Принять постороннего человека, накормить и напоить его являлось способом выстраивания взаимоотношений с предками, от благорасположения которых зависело благополучие общества: «ветлысь-мунысьöс вердöм кузя пö дас во няня лоан, дас во тшыглун он тöдлы» (накормишь прохожего – десять лет с хлебом будешь, десять лет голода знать не будешь). Обильное угощение – характерная черта праздничной трапезы, с помощью которой благодарили за урожай, за благополучие в семье и обществе и моделировали изобилие и благополучную жизнь: «гöсьтлы сетан – кыйсигöн босьтан» (на гостей израсходуешься – вернешь на охоте). У коми отсутствовали развитые традиции потребления алкогольных напитков, но на праздничном столе обязательным было домашнее пиво. Пиво с густой пышной белой шапкой пены пиво из бочонков наливалось в медные ендовы или деревянные братины, которые пускались по кругу за столом. Украшением стола был самовар, который к празднику специально начищали. Чаепитие, достаточно развитое у коми, имело свои особенности. Так, чай пили горячим, подача холодного чая рассматривалась как неуважение к человеку. Это связано с тем, что, по народным представлениям, холодная пища предназначена для мира иного. В лексике коми языка словесная формула приглашения в гости звучит следующим образом: «лок чай юны» (букв. приходи чай пить).
В состав праздничной трапезы входили разнообразные каши и выпечка, символика количественных характеристик которых связывается с изобилием. Окончание праздничного застолья обозначалось подачей блинов, в практике употребления которых имеются локальные отличия. Так, на Сысоле и Лузе блины, свернутые вчетверо, макали в латку с маслом. На Выми блины разрезали на четыре части. Там считалось, подают блины – пора и честь знать, больше на стол ничего не подавали. В конце праздничного застолья хозяйка, подавая блины, произносила фразу: «блин вая, видлö блинсö да сэсся пирöг-шаньгасö сейö, суртö юö. Мыйöн верми да кыдз кужи гöститöди, сьöлöмöн рад, эн дивитöй» (блины принесла, пробуйте блины да пироги-шаньги ешьте, пиво пейте. Как могла, так и принимала гостей, сердце радуется, не осуждайте).
Исходя из цели исследования, рассмотрим не весь годовой цикл календарной обрядности, а только те даты народного календаря, где еда наделялась определенным символом, знаком.
Первую группу составляют праздники зимнего солнцестояния. В ночь на Рождество (ночь с 24 на 25.12 / с 06 на 07.01) отмечался рождественский сочельник, который завершал рождественский пост и открывал двухнедельные новогодние празднества – святки (вежа). На Рождество выпекались фигурки животных, которые номинировались как «чибö» или «чань» (жеребенок). Народное объяснение практики изготовления таких животных связывается с переходом с постной на скоромную пищу: «с помощью этих лошадей въезжали в скоромные дни, они идут, чтобы сменить пищу. Запряженные в сани кони несут другую еду».
Накануне Васильева дня (31.12 / 13.01), что соответствует кануну Нового года по старому стилю, на Сысоле, Верхней Вычегде и Печоре существовала практика обгладывания костей. Назывался этот обряд «порсь юр кок вильöдан лун» (букв. день обгладывания свиных голов и ног) или «порсь кок рыт» (букв. вечер свиных ног). Такая практика связана с магией первого дня, имеет характер коллективной трапезы, восходит к жертвоприношению скотьему богу.
Перед Крещением (06.01 / 19.01) на реках заранее делали прорубь, рядом с которой устраивался иконостас, куда пришедшие на освещение воды ставили свои иконы. Освященную воду уносили домой, давая пить больным детям, ею сбрызгивали скотину. На святой воде выпекали хлеб из ржаной муки «вежа нянь» (букв. святой хлеб), который считался лечебным средством для домашнего скота.
В день св. Власия (11.02 / 24.02) скотину кропили святой водой (вежа ва) и кормили святым хлебом (вежа нянь), приготовленным на крещенской воде. В Усть-Куломском районе были часовни, в которых в день св. Власия служили молебны. В жертву святому окрестные жители приносили телячьи грудинки, ноги и головы, а иногда и целых телят для обеспечения благополучия скота и получения приплода в новом году.
Весенний цикл праздников связывается с Масленицей, одним из языческих праздников, включенных в систему церковного календаря. В день 40 мучеников (09.03 / 22.03), приближенный к весеннему равноденствию, астрономическому началу весны, в некоторых коми населенных пунктах выпекались птички из теста. Однако чаще всего выпекались шаньги или сочни в количество 40 штук. На день весеннего равноденствия обязательно выпекали «чöрыд пирöг» (букв. твердый пирог), тесто для которого готовили без сдобы. Эти пироги раздавали детям, которые крошили их на полях с тем, чтобы был хороший урожай зерновых культур.
Масленица рассматривалась как сытость, довольство, обжорство и веселье. Масленая неделя отличается обилием еды. На Масленицу готовилась молочная пища, что и закрепилось в ее названии – «йöл выл», «йöö вэжоолун». Главным угощением праздничного стола масленичной недели выступали блины, ими угощали гостей, соседей, знакомых, зятья ходили к теще на блины.
На Благовещение (25.03 / 07.04) по весу первого снесенного куриного яйца определяли урожайность хлебов. Если яйцо тяжелое, то урожай будет богатым, если легкое – то плохой.
С приходом Пасхи заканчивался Великий пост и начинался весенний мясоед, длившийся до Троицы. На Пасху в пасочнице готовили пасху из творога, называемую «личком рысь» (букв. отжатый творог). Дно и стенки пасхальной формы имели знаки христианской символики. Вымские коми на Пасху из творога готовили «кос рысь», который по форме напоминает яйцо.
Центральное место в пасхальной обрядности занимало окрашенное яйцо, универсальный символ круга рождений которого особо ярко проявляется именно в праздновании пасхальной недели. Освященное яйцо ели первым, придя с заутрени. На Пасху играли крашеными яйцами: их катали по полю, косогору, бились яйцами, бросали в них берестяными шарами.
С днем св. Николая (09.05 / 22.05) связывался выгон домашнего скота на пастбища. В селах по р. Сысоле перед посевом полагалось съесть по куриному яйцу, а в Прилузье для обеспечения богатого урожая в лукошко с семенами клали яйцо, которое первым бросали в землю.
Вознесение Господне, отмечаемое на 40-й день после Пасхи, маркировало рубежное время между весной и летом. В этот праздник сооружались качели карусельного типа. Девушки и парни, ухватившись за концы веревок, старались как можно дольше пролететь над землей вокруг столба. В это время подростки кидали сырые яйца лесных птиц в девушек, достигших брачного возраста. При этом стремились попасть в подол сарафана девушек, которые после этого кувыркались по молодой траве. Народное объяснение последнего действия – очистить сарафаны. Но эти действия, скорее всего, имели продуцирующие цели и связаны были с магией плодородия, носили ритуальный характер.
Летний цикл праздников объединялся общей идеей расцвета природы. Одним из значительных летних праздников была Троица. Троицкий праздник рассматривался как девичий праздник. Так, сысольские девушки на Троицу ходили в лес, захватив с собой продукты, в число которых обязательно входили яйца. После трапезы пели песни, водили хороводы, основная цель которых была направлена на увеличение роста сельскохозяйственных культур. В этот день девушки, набрав в карманы крашеные яйца, одаривали ими парней.
К празднованию Троицы на Удоре приурочивался обряд «азьла мынтöм» (букв. плата на лугу). Молодица, вышедшая замуж в текущем году, угощала всех присутствующих шаньгами и другой выпечкой, которую приготовила ее мать. Организация угощения в разных деревнях была различной.
Два следующих дня в цикле годичного праздничного круга составляют праздники летнего солнцестояния. Иванов и Петров дни летнего солнцестояния. Символическое значение пищи в Иванов день не столь выразительно, как в Петров день.
Пространственная организация празднования Петрова дня (29.06 / 12.07) приурочена к реке, что объясняется покровительством этого святого рыболовству. Этот праздник рассматривался в народной культуре как начало сенокосной поры. К сенокосу заготавливали сытную еду (творог, сметану, мясо), так отмечалось окончание Петровского поста. Этот праздник был преимущественно молодежный, хотя старшее поколение также принимало участие.
В Петровское заговенье в Прилузье красили яйца, с которыми играли на лугах. Для катания яиц изготавливались специальные лоточки с небольшими бортиками, которые располагали на наклонной плоскости. В Спаспорубе этот праздник называли «позтыр лун» (букв. яичный день). На Средней Вычегде Петров день определяли как «день поедания яиц» (кольк сёян лун). В этот день девушки носили с собой вареные яйца и одаривали ими парней, которые в благодарность подносили конфеты и калачи. В ижемских селах накануне Петрова дня справляли петрушину. Возле реки, на поскотине собирались группами по возрастным категориям: молодежь, женщины среднего и пожилого возраста. Если в первой группе участвовали как девушки, так и юноши, то в двух последних мужчины не присутствовали. Каждый участник приносил с собой выпечку, крупу и сметану, которую сливали в маслобойку и сбивали масло. Обязательным атрибутом этого обряда была каша, обильно сдобренная маслом, реже отмечается уха, которую варили из свежей рыбы. После праздничной трапезы гуляние с песнями и плясками продолжалось до утра. На Вашке молодежная петрушина была соотнесена с Ивановым днем. И в отличие от ижемской традиции была связана не с приготовлением каши, а с воровством лука и гулянием у костра на берегу реки. На Удоре по случаю первого выхода на сенокос молодого человека его отец готовил кашу «крöш», когда в горячее сливочное масло крошили хлебную лепешку. Все это кипятили на костре, получалась кашица, хорошо сдобренная маслом.
В народном календаре с Прокопьего дня (09.07/ 21.07) на Сысоле можно включать в рацион питания свежий картофель. Фактически с этого дня, а затем и в Средний Спас, и в Ильин день последовательно снимался запрет на употребление в пищу нового урожая. Символика снятия запрета и включение в меню нового урожая особо подчеркивается в обрядах Ильина дня. Особая роль Ильина дня (20.07 / 02.08) в крестьянском календаре связана с его порубежьем между летом и новым сезоном.Удорские коми на общественные торжества по случаю окончания жатвы варили кашу из зерен нового урожая, сдабривая ее маслом. Называли такую кашу «чарла рок» (букв. каша серпа) или «косаа рок» (букв. каша косы), так как перед началом трапезы кашу «благословляли» серпом. В традиции вымских коми устраивать семейные торжества по случаю начала жатвы, когда красный угол избы украшался пучком сжатых колосьев и пирогом, сочень которого готовили из ржаной муки нового урожая, сжатого непосредственно ранним утром. Приглашали на «пирöг» «предков» с тем, чтобы они ниспослали хороший урожай и помогли с его уборкой. Кашу с маслом «выя рок» или «сюльпа» часто готовили по случаю завершения уборки зерновых культур с определенного участка, что нашло отражение в поговорке «адас дорын выя рок» (на меже (в конце постати) масляная каша).
Характерным и значительным явлением в календарной обрядности многих родственных финно-угорских и неродственных славянских народов были общественные праздники с жертвоприношениями животных. Как правило, эти жертвоприношения приурочивались к Ильину дню. Так, в с. Ношуль крестьяне верили, что Илья-пророк в состоянии помочь скотоводству, если его задобрить. Поэтому, в случае неудачи со скотом, обещали первого бычка церкви. В итоге их набиралось пятьдесять голов. После обедни их резали, тушу делили на три части, одна шла церкви, вторая – причту, а третью варили. Слудские крестьяне приносили в жертву бычка в Ильин день, но не у церкви, а в д. Зимнинской, где в реку бросали молодых барашков и деньги в качестве жертвы. Жертвенными животными на Ильин день выступали бараны или быки, а на Покров – нетель и овца, что соответствовало полу «святого».
С жертвоприношением в Ильин день связана легенда, широко известная на Европейском северо-востоке. Согласно легенде, раньше после обедни в Ильин день в церковную ограду приходил ежегодно из лесу олень, его убивали, а мясо варили и раздавали нищим. Однажды олень не пришел вовремя к церкви, и тогда старики вместо него закололи корову. Запоздавший олень, увидев это, убежал в лес. И с тех пор ни разу не приходил. На праздник стали закалывать домашнюю скотину. Образ оленя (лося) являлся некогда символом осенне-зимнего периода календаря, а в хозяйственном отношении означал начало промыслового сезона. Сюжет легенды, скорее всего, был призван объяснить законность замены оленя (лося) домашним животным.
Кольские коми, занимающиеся оленеводством, собирались в этот день, несмотря на трудности организации проведения этого праздника. Они до начала летовки договаривались о месте встречи. Организацию праздничного стола брали на себя несколько оленеводов, деньги собирали со всех. Особенность празднования этого дня – отсутствие горячительных напитков, подавали только чай.
Осенний цикл начинается с Успенья, когда полностью заканчивалась уборка хлебов и начиналась обработка урожая, а у промысловиков – охотничий сезон в ближайших угодьях. Успенье Пресвятой Богородицы (15.08 / 28.08) праздновалось повсеместно как время окончания жатвы. В качестве основного угощения этого дня выступала каша, приготовленная из зерен нового урожая. Завершая успенский пост, разговлялись, готовя мясо. С дожиночным обрядом связана практика приготовления каши «чомöр» / «чомер» из зерна нового урожая в честь окончания уборки. Исходным значением слова «чомöр» было ‘дух (бог) хозяйства’, ‘бог урожая, семейного благополучия’, то есть каша предназначалась для духа хозяйства, бога урожая. И не случайно к этому же дню приурочивались и жертвоприношения животных. Так, в с. Межадор Сысольского района на Успенье варят мясо (баранина, телятина). Это так называемое «обещанное» мясо. Во время болезни или при другой беде дают обещание, если справятся с бедой, то жертвуют бычка или барашка. В котлах за церковной оградой варят мясо, которое затем разрезают на куски и раздают всем желающим.
День Рождества Пресвятой Богородицы (08.09 / 21.09) рассматривался как праздник окончания уборки урожая жителями с. Богородск Корткеросского района. В этот день молодежь собиралась в лесу и варила селянку, которая представляла собой картофельное пюре с яйцами, маслом и молоком. Жителей Богородска называют «висерса яй сёйисьяс» (вышерские мясоеды), для которых общественный праздник связан и с жертвоприношением животных. К этому же дню охотники приурочивали жертвоприношения перед выходом на осеннюю охоту.
Филипповское заговенье (14.11/ 27.11) является одним из вариантов святок (вежа). Предваряя Рождественский пост, варили мясо, пекли пироги и блины. В с. Богородск Корткеросского района филипповское заговенье называлось «чипан öбöдня» (букв. куриная обедня), которое по своему происхождению связано с поминальной трапезой, что особо подчеркивается атрибутикой застолья, где главным угощением выступали блины.
Печатается в сокращении. Полностью читайте в источнике: Чудова Т. И. Символика пищи в контексте календарной обрядности коми (зырян) // Вестник Удмуртского университета. История и фил
Календарная обрядность прошлого составляла важную сторону общественной и семейной жизни социума. Праздник воспринимался как нечто священное, противоположное будням. Любой член крестьянского социума жил по законам календарно-солярного цикла, основные точки которого ритуально насыщенны. И этими точками в календаре выступают зимнее и летнее солнцестояние, весеннее и осеннее равноденствие. Культура праздника отличалась обильным застольем, широким гостеприимством. За праздничным столом семья должна собираться в полном составе. Особенностью праздничной культуры выступает взаимная гостьба, что нашло отражение в поговорке «нянь-солыд öд водзöса» (хлеб-соль – дело взаимное) или «нянь да сов рöднятö карö» (хлеб да соль роднят людей). На храмовый праздник съезжались родственники и свойственники со всей округи.
Гостеприимство у коми считалось одним из положительных качеств человека. С постоянным ожиданием гостей как посланцев Бога связана практика хранения хлеба и соли на столе. Принять постороннего человека, накормить и напоить его являлось способом выстраивания взаимоотношений с предками, от благорасположения которых зависело благополучие общества: «ветлысь-мунысьöс вердöм кузя пö дас во няня лоан, дас во тшыглун он тöдлы» (накормишь прохожего – десять лет с хлебом будешь, десять лет голода знать не будешь). Обильное угощение – характерная черта праздничной трапезы, с помощью которой благодарили за урожай, за благополучие в семье и обществе и моделировали изобилие и благополучную жизнь: «гöсьтлы сетан – кыйсигöн босьтан» (на гостей израсходуешься – вернешь на охоте). У коми отсутствовали развитые традиции потребления алкогольных напитков, но на праздничном столе обязательным было домашнее пиво. Пиво с густой пышной белой шапкой пены пиво из бочонков наливалось в медные ендовы или деревянные братины, которые пускались по кругу за столом. Украшением стола был самовар, который к празднику специально начищали. Чаепитие, достаточно развитое у коми, имело свои особенности. Так, чай пили горячим, подача холодного чая рассматривалась как неуважение к человеку. Это связано с тем, что, по народным представлениям, холодная пища предназначена для мира иного. В лексике коми языка словесная формула приглашения в гости звучит следующим образом: «лок чай юны» (букв. приходи чай пить).
В состав праздничной трапезы входили разнообразные каши и выпечка, символика количественных характеристик которых связывается с изобилием. Окончание праздничного застолья обозначалось подачей блинов, в практике употребления которых имеются локальные отличия. Так, на Сысоле и Лузе блины, свернутые вчетверо, макали в латку с маслом. На Выми блины разрезали на четыре части. Там считалось, подают блины – пора и честь знать, больше на стол ничего не подавали. В конце праздничного застолья хозяйка, подавая блины, произносила фразу: «блин вая, видлö блинсö да сэсся пирöг-шаньгасö сейö, суртö юö. Мыйöн верми да кыдз кужи гöститöди, сьöлöмöн рад, эн дивитöй» (блины принесла, пробуйте блины да пироги-шаньги ешьте, пиво пейте. Как могла, так и принимала гостей, сердце радуется, не осуждайте).
Исходя из цели исследования, рассмотрим не весь годовой цикл календарной обрядности, а только те даты народного календаря, где еда наделялась определенным символом, знаком.
Первую группу составляют праздники зимнего солнцестояния. В ночь на Рождество (ночь с 24 на 25.12 / с 06 на 07.01) отмечался рождественский сочельник, который завершал рождественский пост и открывал двухнедельные новогодние празднества – святки (вежа). На Рождество выпекались фигурки животных, которые номинировались как «чибö» или «чань» (жеребенок). Народное объяснение практики изготовления таких животных связывается с переходом с постной на скоромную пищу: «с помощью этих лошадей въезжали в скоромные дни, они идут, чтобы сменить пищу. Запряженные в сани кони несут другую еду».
Накануне Васильева дня (31.12 / 13.01), что соответствует кануну Нового года по старому стилю, на Сысоле, Верхней Вычегде и Печоре существовала практика обгладывания костей. Назывался этот обряд «порсь юр кок вильöдан лун» (букв. день обгладывания свиных голов и ног) или «порсь кок рыт» (букв. вечер свиных ног). Такая практика связана с магией первого дня, имеет характер коллективной трапезы, восходит к жертвоприношению скотьему богу.
Перед Крещением (06.01 / 19.01) на реках заранее делали прорубь, рядом с которой устраивался иконостас, куда пришедшие на освещение воды ставили свои иконы. Освященную воду уносили домой, давая пить больным детям, ею сбрызгивали скотину. На святой воде выпекали хлеб из ржаной муки «вежа нянь» (букв. святой хлеб), который считался лечебным средством для домашнего скота.
В день св. Власия (11.02 / 24.02) скотину кропили святой водой (вежа ва) и кормили святым хлебом (вежа нянь), приготовленным на крещенской воде. В Усть-Куломском районе были часовни, в которых в день св. Власия служили молебны. В жертву святому окрестные жители приносили телячьи грудинки, ноги и головы, а иногда и целых телят для обеспечения благополучия скота и получения приплода в новом году.
Весенний цикл праздников связывается с Масленицей, одним из языческих праздников, включенных в систему церковного календаря. В день 40 мучеников (09.03 / 22.03), приближенный к весеннему равноденствию, астрономическому началу весны, в некоторых коми населенных пунктах выпекались птички из теста. Однако чаще всего выпекались шаньги или сочни в количество 40 штук. На день весеннего равноденствия обязательно выпекали «чöрыд пирöг» (букв. твердый пирог), тесто для которого готовили без сдобы. Эти пироги раздавали детям, которые крошили их на полях с тем, чтобы был хороший урожай зерновых культур.
Масленица рассматривалась как сытость, довольство, обжорство и веселье. Масленая неделя отличается обилием еды. На Масленицу готовилась молочная пища, что и закрепилось в ее названии – «йöл выл», «йöö вэжоолун». Главным угощением праздничного стола масленичной недели выступали блины, ими угощали гостей, соседей, знакомых, зятья ходили к теще на блины.
На Благовещение (25.03 / 07.04) по весу первого снесенного куриного яйца определяли урожайность хлебов. Если яйцо тяжелое, то урожай будет богатым, если легкое – то плохой.
С приходом Пасхи заканчивался Великий пост и начинался весенний мясоед, длившийся до Троицы. На Пасху в пасочнице готовили пасху из творога, называемую «личком рысь» (букв. отжатый творог). Дно и стенки пасхальной формы имели знаки христианской символики. Вымские коми на Пасху из творога готовили «кос рысь», который по форме напоминает яйцо.
Центральное место в пасхальной обрядности занимало окрашенное яйцо, универсальный символ круга рождений которого особо ярко проявляется именно в праздновании пасхальной недели. Освященное яйцо ели первым, придя с заутрени. На Пасху играли крашеными яйцами: их катали по полю, косогору, бились яйцами, бросали в них берестяными шарами.
С днем св. Николая (09.05 / 22.05) связывался выгон домашнего скота на пастбища. В селах по р. Сысоле перед посевом полагалось съесть по куриному яйцу, а в Прилузье для обеспечения богатого урожая в лукошко с семенами клали яйцо, которое первым бросали в землю.
Вознесение Господне, отмечаемое на 40-й день после Пасхи, маркировало рубежное время между весной и летом. В этот праздник сооружались качели карусельного типа. Девушки и парни, ухватившись за концы веревок, старались как можно дольше пролететь над землей вокруг столба. В это время подростки кидали сырые яйца лесных птиц в девушек, достигших брачного возраста. При этом стремились попасть в подол сарафана девушек, которые после этого кувыркались по молодой траве. Народное объяснение последнего действия – очистить сарафаны. Но эти действия, скорее всего, имели продуцирующие цели и связаны были с магией плодородия, носили ритуальный характер.
Летний цикл праздников объединялся общей идеей расцвета природы. Одним из значительных летних праздников была Троица. Троицкий праздник рассматривался как девичий праздник. Так, сысольские девушки на Троицу ходили в лес, захватив с собой продукты, в число которых обязательно входили яйца. После трапезы пели песни, водили хороводы, основная цель которых была направлена на увеличение роста сельскохозяйственных культур. В этот день девушки, набрав в карманы крашеные яйца, одаривали ими парней.
К празднованию Троицы на Удоре приурочивался обряд «азьла мынтöм» (букв. плата на лугу). Молодица, вышедшая замуж в текущем году, угощала всех присутствующих шаньгами и другой выпечкой, которую приготовила ее мать. Организация угощения в разных деревнях была различной.
Два следующих дня в цикле годичного праздничного круга составляют праздники летнего солнцестояния. Иванов и Петров дни летнего солнцестояния. Символическое значение пищи в Иванов день не столь выразительно, как в Петров день.
Пространственная организация празднования Петрова дня (29.06 / 12.07) приурочена к реке, что объясняется покровительством этого святого рыболовству. Этот праздник рассматривался в народной культуре как начало сенокосной поры. К сенокосу заготавливали сытную еду (творог, сметану, мясо), так отмечалось окончание Петровского поста. Этот праздник был преимущественно молодежный, хотя старшее поколение также принимало участие.
В Петровское заговенье в Прилузье красили яйца, с которыми играли на лугах. Для катания яиц изготавливались специальные лоточки с небольшими бортиками, которые располагали на наклонной плоскости. В Спаспорубе этот праздник называли «позтыр лун» (букв. яичный день). На Средней Вычегде Петров день определяли как «день поедания яиц» (кольк сёян лун). В этот день девушки носили с собой вареные яйца и одаривали ими парней, которые в благодарность подносили конфеты и калачи. В ижемских селах накануне Петрова дня справляли петрушину. Возле реки, на поскотине собирались группами по возрастным категориям: молодежь, женщины среднего и пожилого возраста. Если в первой группе участвовали как девушки, так и юноши, то в двух последних мужчины не присутствовали. Каждый участник приносил с собой выпечку, крупу и сметану, которую сливали в маслобойку и сбивали масло. Обязательным атрибутом этого обряда была каша, обильно сдобренная маслом, реже отмечается уха, которую варили из свежей рыбы. После праздничной трапезы гуляние с песнями и плясками продолжалось до утра. На Вашке молодежная петрушина была соотнесена с Ивановым днем. И в отличие от ижемской традиции была связана не с приготовлением каши, а с воровством лука и гулянием у костра на берегу реки. На Удоре по случаю первого выхода на сенокос молодого человека его отец готовил кашу «крöш», когда в горячее сливочное масло крошили хлебную лепешку. Все это кипятили на костре, получалась кашица, хорошо сдобренная маслом.
В народном календаре с Прокопьего дня (09.07/ 21.07) на Сысоле можно включать в рацион питания свежий картофель. Фактически с этого дня, а затем и в Средний Спас, и в Ильин день последовательно снимался запрет на употребление в пищу нового урожая. Символика снятия запрета и включение в меню нового урожая особо подчеркивается в обрядах Ильина дня. Особая роль Ильина дня (20.07 / 02.08) в крестьянском календаре связана с его порубежьем между летом и новым сезоном.Удорские коми на общественные торжества по случаю окончания жатвы варили кашу из зерен нового урожая, сдабривая ее маслом. Называли такую кашу «чарла рок» (букв. каша серпа) или «косаа рок» (букв. каша косы), так как перед началом трапезы кашу «благословляли» серпом. В традиции вымских коми устраивать семейные торжества по случаю начала жатвы, когда красный угол избы украшался пучком сжатых колосьев и пирогом, сочень которого готовили из ржаной муки нового урожая, сжатого непосредственно ранним утром. Приглашали на «пирöг» «предков» с тем, чтобы они ниспослали хороший урожай и помогли с его уборкой. Кашу с маслом «выя рок» или «сюльпа» часто готовили по случаю завершения уборки зерновых культур с определенного участка, что нашло отражение в поговорке «адас дорын выя рок» (на меже (в конце постати) масляная каша).
Характерным и значительным явлением в календарной обрядности многих родственных финно-угорских и неродственных славянских народов были общественные праздники с жертвоприношениями животных. Как правило, эти жертвоприношения приурочивались к Ильину дню. Так, в с. Ношуль крестьяне верили, что Илья-пророк в состоянии помочь скотоводству, если его задобрить. Поэтому, в случае неудачи со скотом, обещали первого бычка церкви. В итоге их набиралось пятьдесять голов. После обедни их резали, тушу делили на три части, одна шла церкви, вторая – причту, а третью варили. Слудские крестьяне приносили в жертву бычка в Ильин день, но не у церкви, а в д. Зимнинской, где в реку бросали молодых барашков и деньги в качестве жертвы. Жертвенными животными на Ильин день выступали бараны или быки, а на Покров – нетель и овца, что соответствовало полу «святого».
С жертвоприношением в Ильин день связана легенда, широко известная на Европейском северо-востоке. Согласно легенде, раньше после обедни в Ильин день в церковную ограду приходил ежегодно из лесу олень, его убивали, а мясо варили и раздавали нищим. Однажды олень не пришел вовремя к церкви, и тогда старики вместо него закололи корову. Запоздавший олень, увидев это, убежал в лес. И с тех пор ни разу не приходил. На праздник стали закалывать домашнюю скотину. Образ оленя (лося) являлся некогда символом осенне-зимнего периода календаря, а в хозяйственном отношении означал начало промыслового сезона. Сюжет легенды, скорее всего, был призван объяснить законность замены оленя (лося) домашним животным.
Кольские коми, занимающиеся оленеводством, собирались в этот день, несмотря на трудности организации проведения этого праздника. Они до начала летовки договаривались о месте встречи. Организацию праздничного стола брали на себя несколько оленеводов, деньги собирали со всех. Особенность празднования этого дня – отсутствие горячительных напитков, подавали только чай.
Осенний цикл начинается с Успенья, когда полностью заканчивалась уборка хлебов и начиналась обработка урожая, а у промысловиков – охотничий сезон в ближайших угодьях. Успенье Пресвятой Богородицы (15.08 / 28.08) праздновалось повсеместно как время окончания жатвы. В качестве основного угощения этого дня выступала каша, приготовленная из зерен нового урожая. Завершая успенский пост, разговлялись, готовя мясо. С дожиночным обрядом связана практика приготовления каши «чомöр» / «чомер» из зерна нового урожая в честь окончания уборки. Исходным значением слова «чомöр» было ‘дух (бог) хозяйства’, ‘бог урожая, семейного благополучия’, то есть каша предназначалась для духа хозяйства, бога урожая. И не случайно к этому же дню приурочивались и жертвоприношения животных. Так, в с. Межадор Сысольского района на Успенье варят мясо (баранина, телятина). Это так называемое «обещанное» мясо. Во время болезни или при другой беде дают обещание, если справятся с бедой, то жертвуют бычка или барашка. В котлах за церковной оградой варят мясо, которое затем разрезают на куски и раздают всем желающим.
День Рождества Пресвятой Богородицы (08.09 / 21.09) рассматривался как праздник окончания уборки урожая жителями с. Богородск Корткеросского района. В этот день молодежь собиралась в лесу и варила селянку, которая представляла собой картофельное пюре с яйцами, маслом и молоком. Жителей Богородска называют «висерса яй сёйисьяс» (вышерские мясоеды), для которых общественный праздник связан и с жертвоприношением животных. К этому же дню охотники приурочивали жертвоприношения перед выходом на осеннюю охоту.
Филипповское заговенье (14.11/ 27.11) является одним из вариантов святок (вежа). Предваряя Рождественский пост, варили мясо, пекли пироги и блины. В с. Богородск Корткеросского района филипповское заговенье называлось «чипан öбöдня» (букв. куриная обедня), которое по своему происхождению связано с поминальной трапезой, что особо подчеркивается атрибутикой застолья, где главным угощением выступали блины.
Печатается в сокращении. Полностью читайте в источнике: Чудова Т. И. Символика пищи в контексте календарной обрядности коми (зырян) // Вестник Удмуртского университета. История и фил
02:14 29.01.2024 16+
Выбор редакции